Как немцы учили украинцев ненавидеть русских и поляков

Центр общественных связей ФСБ России рассекретил документы, связанные с вербовком нацистами украинцев - заключенных концентрационного лагеря Шталаг № 326.

В апреле 1945 года частями 2-й бронетанковой дивизии армии США были освобождены военнопленные концентрационного лагеря Шталаг № 326. Подавляющим большинством его узников являлись бывшие военнослужащие Красной армии, которые через некоторое время были переданы представителям советского командования.

Фильтрационные мероприятия среди них проводились сотрудниками Отдела контрразведки (ОКР) «Смерш» лагеря при 236-м армейском запасном полку (АЗСП) 69-й армии 1-го Белорусского фронта.

В ходе фильтрации было установлено, что в составе Шталаг-326 функционировал особый лагерь («Зондерлагерь») с дислокацией в городе Мюнстер, в котором содержались военнопленные украинской национальности. Этот лагерь был образован в январе 1943 года работниками абвера при штабе VI военного округа в Мюнстере. Фактически он являлся разведывательной школой, где готовили агентуру из числа украинцев. Лагерь имел два филиала: первый в Мюнстере, второй — в городе Иббенбюрене.

Лица, содержащиеся в указанных филиалах, воспитывались в духе ненависти к русскому народу, якобы угнетавшему украинскую нацию. Пройдя соответствующую подготовку, они направлялись в т.н. «рабочие команды» концентрационных лагерей, где привлекались к контрразведывательной работе. Часть из них перебрасывалась в тыл Красной армии с разведывательными заданиями.

По выполнении заданий некоторые агенты возвращались обратно в «Зондерлагерь», другие — оставались на местах в качестве негласных осведомителей.

Из донесения ОКР «Смерш» лагеря при 236-м АЗСП от 8 мая 1945 года, составленного на основании показаний бывших агентов «Зондерлагеря»:

«Метод воспитания людей внутри лагеря проходил очень осторожно, прикрывая лозунгами „За свободную и самостоятельную Украину чисто национальную“ и „Помочь своим братьям-украинцам“. Новоприезжим сначала устраивались лекции отдельно от давно пребывающих здесь. На этих лекциях говорилось о украинской нации и ее арийской чистоте, о ее минувшей самостоятельности и бывших порядках. Старались втолковать в голову то, что украинец и русский это две большие разницы, что украинец мол был, есть и должен быть выше других наций, особенно русской и польской. Идея всех этих лекций было совсем похожа на немецкую, гитлеровскую идею. [...].

Цель этой команды была: Воспитание людей в национальном духе и прицепление ненависти к русской и польской национальностям. Некоторым людям удавалось прицепить эти черты и они сидели на командных постах, выполняя требования как инспектора, так и немцев. [...].

На политические темы были прочитаны лекции „Украинская Дзержава“ 16–17 ст.[олетия], „Осел, овес и сено“, „При каких обстоятельствах страна считается агрессивной и что такое агрессия“, „Какое обстоятельство возбуждает агрессию“, „Какое державное устройство лучше всего“ и др. [...]

Из истории Украины приходилось (изучать — сост.) начиная с каменного, бронзового и железного веков. Нахождение племен, варягов, хазаров, гунов, готов и др. вотворение Киевской державы, княжеская доба (т.е. княжеские времена — сост.) — гетьманы: Сагайдачный, Дорошенко, Биговский (прим. - Выговский), Б. Хмельницкий, Мазепа, Петр I-й и до 1922 года.

Особая украинская команда имела связь с Абвером, в котором работали исключительно немцы „Абвер“. [...].

В средине лагеря заводились порядки периода казачества в раде Запорожской Сечи. Когда кто провинился или поговорил с девушкой любой национальности, того били гумой (так в документе, с укр. — резина, резиновая палка)».

В донесении ОКР «Смерш» лагеря при 236-м АЗСП от 29 мая 1945 года подробно описана вербовка и идеологическая обработка советских военнопленных-украинцев в «Зондерлагере»:

«В оба лагеря вербовка проводилась в одном украинском шталаге Германии № 326. Р.[ейн] Вестфальская область. Станция «Эпельгоф», в 25 к/м от г. Белефельд. [...].

Вербовка проводилась весьма примитивным способом. [...]

Вновь прибывавшие партии военнопленных отводились в особые бараки для прохождения карантина перед отправкой в рабочие команды. Во время прохождения карантина и проходила вербовка в укр.[аинские] лагеря.

В день прибытия партии вербовщики приходили в бараки и заводили беседы с отдельными украинцами.

На второй день люди выстраивались и подавалась команда «Кто украинец? Поднять руки!» Подсчет показывал, сколько прибыло украинцев. Разговор велся на украинском языке с насмешкой и бранью по адресу русских.

Строй распускался. Заинтересованные украинцы собирались вокруг вербовщиков и задавали вопросы. Завязывалась беседа, в которой вербовщики говорили, что украинцы должны объединяться для совместной борьбы с общим врагом — большевизмом, а пока в плену должны объединяться для сохранения своей жизни, которая будет еще нужна. Рассказывали, что есть украинский лагерь, где живут украинцы, которым помогают укр.[аинские] эмигранты.

Заинтересовав таким образом голодных людей — они уходили, обещая на другой день поговорить с укр.[аинцами] отдельно. На следующий день укр.[аинцев] строили отдельно, из них отбирали людей с образованием, вначале с высшим, средним и если людей было мало, то снижали свои требования до 5 классов. Отобранных людей заводили в отдельную комнату, где, предварительно проверив, чтобы не было русских, проводили короткую беседу, в которой говорили, что есть два украинских лагеря в которых живут только украинцы. Им помогают немного эмигранты.

Украинцы объединяются для того, чтобы сохранить себя для дальнейшей борьбы за Украину после войны. При этом чтоб туда не кинулся случайный элемент, думая, что там лучше кормят, вербовщики предупреждали, кормят одинаково, как и в шталаге. [...]

Записанных людей отбирали и переводили в другой барак, где сразу улучшались бытовые условия".

Отдельный фрагмент донесения посвящен идеологической обработке военнопленных-украинцев:

«Идеологическая подготовка отвечала целям и задачам организации лагеря, а именно. Ка